Как известно, ядерная отрасль является одной из стратегических для национальной экономики. Около половины электроэнергии, которая вырабатывается в Украине, обеспечивают атомные электростанции. В то же время - сейчас фактически отсутствуют (даже на уровне проектов) национальная энергетическая и национальная ядерная политика.

Как известно, выработка национальной политики (или концепции национальной политики) применительно к любой отрасли экономики (да и не только экономики) заключается, прежде всего, в постановке приоритетных целей развития и определении "иерархии" этих целей по значимости.

В то же время - принимаемая во исполнение этой политики стратегия должна определять механизм достижения приоритетных целей, устанавливать сроки выполнения промежуточных задач и пр.

Смешивать функции политики и стратегии в одном документе нельзя, т.к. это неизбежно приведет либо к подчинению политических приоритетов текущим задачам, либо к созданию "размытого", внутренне противоречивого документа.

Как видно из вышесказанного - ни Национальная энергетическая программа - 2010, ни разрабатываемая в настоящее время Энергетическая стратегия Украины (в которых такое смешение, к сожалению, имеет место) заменить национальную энергетическую и национальную ядерную политику не могут по определению.

Сложилась парадоксальная ситуация. В то время, как планы относительно ясны, конечные цели, в сущности, не определены четко.

Более того - из-за массы текущих проблем, вопрос о стратегических ориентирах развития атомной энергетики фактически отошёл на задний план. В то же время - неопределенность государственной стратегии по отношению к ядерной энергетике не позволяет уменьшить их остроту.

Еще одним неизбежным следствием такого подхода являются программы развития, "отвязанные" даже от нынешних реальных потребностей и национальных интересов страны. Не говоря уже о потребностях и интересах перспективных. Кроме того, следствием "самодовлеющего" планирования является отсутствие синхронизации масштаба принимаемых программ и финансовых возможностей государства.

Так, уже упоминавшаяся Национальная энергетическая программа предусматривала только по разделу "Атомная энергетика" капиталовложения в объеме более 6 млрд. USD.

Причем к настоящему времени большая часть этих средств должна была бы быть уже инвестирована.

Однако таких денег в стране нигде не было. В той финансово-экономической и социальной ситуации, которая существовала на момент утверждения этого документа в 1996г., Программа была обречена на провал уже с самого начала.

Печальный опыт реализации разработанных ранее программ должен научить нас быть реалистами и прагматиками. Кроме того, сегодня разработка такого документа, определяющего цели и задачи энергетической отрасли, невозможна без учета международных факторов.

Политика в топливно-энергетической (и конкретно - в ядерно-энергетической) сфере должна вырабатываться как неотъемлемая составная часть общей политики евроинтеграции с привязкой к энергетическим проблемам Европейского Союза.

В соответствии с официально принятым курсом на интеграцию в Европейский Союз уже максимум через десятилетие следует ожидать серьезных перемен и в текущих реалиях и в перспективных приоритетах экономической политики Украины.

Эти изменения не могут не повлиять самым радикальным образом и на развитие энергетики. Отсюда вывод: мы должны быть готовы к тому, что многое из кажущегося нам сегодня очень важным, через 10-15 лет может оказаться не столь актуальным, более того - вообще неприемлемым с точки зрения Европы.

Одним из безусловных европейских приоритетов в области ядерной энергетики является экологическая и радиационная безопасность. И здесь нам нет необходимости придумывать велосипед.

Обеспечение тесного многостороннего сотрудничества в деле повышения эксплуатационной и экологической безопасности ядерных установок наших АЭС должно стать национальным приоритетом Украины.

На ядерной безопасности нельзя экономить и тем более - делать ее картой в политической игре. А обеспечить такую модернизацию украинских ядерных реакторов, которая будет действительно успешной, можно только при самом активном участии разработчиков и производителей этих установок и при жестком соблюдении стандартов, принятых в ЕС.

Жизненно важно найти формулу участия ЕБРР и Евроатома в достройке новых украинских атомных энергоблоков (как уже строящихся, так и планируемых к постройке).

С одной стороны - это в интересах общеевропейской экологической безопасности. С другой - способствует более интенсивному сближению Украины и ЕС, дает нам реальную возможность выйти на европейские энергетические рынки.

Одновременное участие России и Евросоюза в программах модернизации наших энергетических ядерных реакторов серьезно стабилизировало бы ситуацию в целом.

В этом контексте особенно остро стоит вопрос о достройке 2-го блока Хмельницкой и 4-го - Ровенской АЭС. К сожалению, здесь мы демонстрируем отсутствие стратегического видения и ответственности, свою неспособность мобилизоваться на значительные проекты.

Как известно, проекты строительства Х2/Р4 разрабатывались в соответствии с требованиями действующих в начале 80-х гг. нормативно-правовых документов СССР. Вопрос о необходимости пересогласования проектов Х2/Р4 на действующей нормативно-правовой базе не поднимался.

Считаю, что ключевым моментом для успешного завершения этого проекта достройки энергоблоков, является обязательное участие в нем европейских структур. Без такого участия, принятые в Европейском Союзе стандарты техногенной и экологической безопасности на 4-м Ровенском и 2-м Хмельницком энергоблоках могут быть и не достигнуты.

Думается, что наши соседи едва ли согласятся с наличием рядом с ними ядерной инфраструктуры, в которой систематически не выполняются запланированные работы по обеспечению безопасности АЭС, что само по себе уже повышает риск техногенных катастроф.

Соответственно, достраивающиеся АЭС не будут расцениваться Евросоюзом как производители т.н. "чистой" (соответствующей стандартам ЕС) электроэнергии. Что не только затруднит интеграцию энергетики Украины в складывающееся "единое европейское энергетическое пространство", но и сделает невозможным экспорт туда украинской электроэнергии.

Что же касается роли Россия - она была, есть и будет ключевым партнером Украины во всем, что касается ядерной энергетики и промышленности. Это предопределено историей становления ядерной отрасли в Украине, геополитическими реалиями, объективными экономическими интересами обеих стран и характером наших ядерных технологий.

Если для ядерного комплекса Российской Федерации импорт Украиной "свежего" и вывоз отработанного ядерного топлива делают нашу страну важнейшим внешним рынком продукции, то для Украины вывоз ОЯТ в Россию является залогом экологической безопасности страны и избавляет от огромных расходов на создание соответствующей собственной инфраструктуры.

Кстати, именно в связи с этим крайне необходимо скорейшее заключение долгосрочного украино-российского договора об обращении с ядерным топливом. Но, кроме России - особая роль должна принадлежать и ЕС. Что отвечает интересам и Украины и европейских стран.

Мы должны ясно отдавать себе отчет: влияние постепенно складывающейся единой европейской энергетической политики, а также уже сформулированной энергетической стратегии России на украинский ТЭК не снизится и в дальнейшем. Более того - вероятнее всего, оно будет постепенно нарастать.

Этот фактор пока слабо учитывается. Более того - наблюдается отсутствие синхронизации масштабов даже менее "глобальных" программ и объективных (финансовых и других) возможностей страны. Многие проблемы годами не находят своего решения. Как пример, можно привести проблему создания в Украине ядерно-топливного цикла. С 1994 года она четырежды рассматривалась как одно из важнейших направлений и в Указах Президента и в Распоряжениях Правительства. Но, к сожалению, этот амбициозный проект можно считать проваленным.

Состояние финансирования Комплексной программы создания ЯТЦ за 1996-2002 гг. удручает: при плане 1 млрд. 310 млн. грн. фактически профинансировано 278,4 млн. грн., что составляет чуть более 21% от запланированного. Задолженность НАЭК "Энергоатом" перед Фондом ЯТЦ по состоянию на 01.06.03 - 804 млн. грн., в т.ч. за ядерное топливо, полученное на компенсационной основе - 670 млн. грн.

Вообще, в ядерной энергетике Украины пока отсутствует эффективный механизм государственного управления и контроля. Серьезное беспокойство вызывает и состояние нормативно-правового поля, в котором существует ядерная энергетика.

Имеют место многочисленные нарушения действующего законодательства, которые допускаются при принятии решений о строительстве ядерных установок и объектов обращения с ОЯТ на территории АЭС. В частности не реализуется предусмотренное Законом полноценное участие местных органов власти и самоуправления в принятии решений, а также не соблюдается порядок проведения экспертиз.

Отсутствуют государственные фонды обращения с РАО, вывода из эксплуатации ядерных установок, система страхования ядерных рисков, существование которых предусмотрено законодательством.

Отсутствует механизм реализации положений Закона Украины "Про використання ядерної енергії та радіаційну безпеку", касающихся накопления и распределения финансовых ресурсов на вывод АЭС из эксплуатации и социально-экономическое развитие территорий вокруг АЭС.

Отдельная больная тема - вопрос финансирования ядерной науки. Так, за 1996-1999 гг. при плане финансирования научных исследований в 102,5 млн. грн., фактически профинансировано 17,8 млн. грн., или 17,4%. За 2000-2002 гг. при плане 110,3 млн. грн., получено 20 млн. грн., или 18,1%.

Необходимо объединение остатков некогда мощного научно-технического потенциала, сосредоточенного в институтах НАНУ и отраслевых организациях вокруг создания Системы научного, конструкторского, технологического обеспечения ядерной энергетики и промышленности Украины.

Первый шаг в этом направлении - принятие принципиального решения о необходимости создания в системе Национальной Академии наук Института атомной энергетики.

Однако обеспечить эффективную работу обеспечивающего ядерную отрасль научно-технологического комплекса возможно лишь при условии, если эксплуатирующая атомные АЭС организация будет относиться к вопросам научно-технического и опытно-конструкторского сопровождения не как к внешней, сугубо затратной сфере, а как к части комплекса, к которому она сама относится.

В связи с изложенным считал бы необходимым высказать следующие реомендации :

1) Срочно разработать и представить на рассмотрение Кабинета Министров Украины и дальнейшее утверждение Верховной Радой Концепцию Национальной ядерной политики Украины;

2) Активизировать подготовку материалов к переговорному процессу с ЕБРР по решению проблемы достройки энергоблоков на Хмельницкой и Ровенской АЭС. Провести переговоры на уровне руководства ЕБРР с целью окончательного определения участия ЕБРР в достройке и модернизации энергоблоков Х2/Р4;

3) Серьезно переработать, с учетом существующих экономических, финансовых и технологических реалий, Программу создания национального ядерно-топливного цикла. Уделив в ней первостепенное значение не "замкнутости" ЯТЦ как самоцели, а бесперебойности обеспечения АЭС Украины ядерным топливом и экономической целесообразности;

4) Ускорить процесс создания в системе НАНУ Института атомной энергетики. По кругу исследовательских задач, которые стоят перед этим учреждением (проблемы отраслевой науки и решения глобальных задач ядерной энергетики), он должен находиться в двойном подчинении - как Академии наук, так и Министерства топлива и энергетики Украины.

Подводя некоторые итоги, хочу сказать следующее.

Необходимость реализации в Украине целостной политики в области использования ядерной энергии давно назрела и даже "перезрела".

И при наличии политической воли эта политика может быть успешно разработана и реализована. Реализована в соответствии с установленным законом твердом порядке ответственности и контроля за ее выполнением. Контроля как со стороны государства, так и со стороны общественности. Однако для этого необходима полная транспарентность, "прозрачность" всех процессов в энергетической сфере. И особенно - в сфере ядерной энергетики.

Благодарю за внимание.