Уважаемые коллеги!
Мое государство, Украина, единственное из европейских стран, которой проблема ядерной безопасности знакома не понаслышке. Пятнадцать с половиной лет назад вышедший из-под контроля человека атом изменил жизнь многих миллионов людей, и последствия этой экологической, психологической катастрофы во многом необратимы. Все эти годы мировая общественность помогала нам преодолеть последствия чернобыльской трагедии, решить сложнейший комплекс вопросов дальнейшего обеспечения ядерной безопасности. На нынешнем этапе предотвращение опасности новой чернобыльской катастрофы является нашей с вами общей задачей.
Хочу особо подчеркнуть, что основным вопросом в обеспечении проблем ядерной безопасности Чернобыльской АЭС и объекта "Укрытие" являются не финансовые средства. Хотя и помощь такого рода Украине чрезвычайно необходима.
Мы готовы предложить зарубежным партнерам взаимовыгодные схемы решения проблем ядерной безопаности, связанных с Чернобылем. Украина накопила в процессе преодоления последствий Чернобыльской катастрофы уникальный опыт вывода из эксплуатации ядерных объектов. Поэтому целесообразно, в целях обработки и систематизации накопленного опыта, создать на базе Чернобыльской АЭС и объекта "Укрытие" международный научно-исследовательский центр, изучающий процесс вывода ядерных блоков из эксплуатации, работу с облученным топливом и его поведение в различных средах и условиях.
Cоздание подобного центра позволит, наконец, получить ясные ответы на следующие вопросы: 1) что (с физической точки зрения) в действительности произошло на Чернобыльской АЭС в ночь с 26 на 27 апреля 1986 года? 2) Какова реальная картина процессов, протекающих в настоящее время внутри объекта "Укрытие" и прогноз этих процессов не только на ближайшие месяцы, но и на десятилетия? Наконец (3) мы должны, опираясь на полученные ответы, сделать выводы относительно главного практического вопроса: что нужно сделать с "останками" 4-го энергоблока ЧАЭС для превращения их в действительно экологически безопасный объект?
Без грамотного и своевременного решения, перечисленных проблем, любые, даже очень крупные финансовые и материальные вложения в ядерную и "общетехническую" безопасность "саркофага" могут оказаться не просто неэффективными, но и ведущими к последствиям, прямо противоположным желаемым.
Для иллюстрации высказанных тезисов хотел бы привести ряд примеров. Так, при изучении событий 26 апреля 1986 года фактически "остался за скобками" вопрос: почему температура "теплового взрыва", согласно официальной версии и приведшего к разрушению 4-го энергоблока, достигла, в отдельных очагах, более 7500 градусов Цельсия? Ведь хорошо известно, что "тепловые" химические реакции не дают более 4500 градусов Цельсия. В то же время, такая картина нехарактерна и для ядерной реакции.
Я не хочу здесь делать вывод по этому поводу - это дело ученых. Тем более, что Украина до сих пор не имеет в своем распоряжении основных материалов изучения катастрофы на ЧАЭС, предпринятого комплексной экспедицией российского Курчатовского института, работавшей на станции с 1986-го по начало 90-х годов. Но акцентирую Ваше внимание на том, что, не имея надлежащего объяснения произошедшего и происходящего на научном, экспертном уровне, было бы по меньшей мере наивно рассчитывать на грамотное технологическое решение проблемы.
Далее, хотя в ближайшее время наибольшую угрозу, исходящую от "саркофага" несомненно представляет собой перспектива обрушения "Укрытия" с последующим массовым выбросом радиоактивных веществ в окружающую среду, наиболее страшной долгосрочной опасностью является возможность возникновения в нем самоподдерживающейся цепной реакции с непредсказуемыми последствиями. И причиной упомянутого развития событий может стать не только попадание в массу (до 200 тонн, согласно оценке Госкоматомрегулирования Украины) ядерных материалов воды. Хотя и эта проблема весьма серьезна. Так, Государственный научно-технический центр по ядерной и радиационной безопасности Украины, совместно с германскими и французскими специалистами оценивает поступление воды в саркофаг на уровне не менее 600 тонн в год.
Мы пока не можем ясно представить себе, какое воздействие на ядерную критичность "Укрытия" будет оказывать, в долгосрочной перспективе, накопление в массе радиоактивных материалов всей гаммы трансурановых элементов, вплоть до фермия-258. Между тем процесс этот неизбежен с точки зрения законов ядерной физики. А в образующейся "цепочке" присутствуют такие изотопы и соединения, как диоксид плутония-239, америций-242 (представляющие особые причины для беспокойства), кюрий-245, ряд изотопов калифорния. Известно, что упомянутые продукты ядерных реакций обладают либо значительно меньшей критической массой, чем обычный обогащенный уран и даже чистый оружейный плутоний, либо (как калифорний-252) являются мощными источниками нейтронов, способными сыграть роль своеобразного "детонатора".
Хочу особо подчеркнуть, что здесь бегло затронуты лишь отдельные, наиболее серьезные проблемы. Уверен, что не связанные ведомственными интересами и политическими соображениями эксперты могли бы многое добавить к изложенному.
Так, не столь давно, уже упоминавшийся Государственный комитет Украины по ядерному регулированию предал "ограниченной огласке" факт, что для обеспечения "докритичности" находящегося в саркофаге ядерного топлива уже в настоящее время приходится подавать в "Укрытие" специальные нейтронопоглощающе растворы. Существует также проблема продолжения конструкционной деформации всего объекта, что чревато не только его разрушением, но и массовыми перемещениями топливосодержащих материалов с треднопредсказуемыми последствиями.
Очевидно, что единственный выход из складывающегося положения, который может удовлетворить нас не только с точки зрения политически приемлемого "отчета о потреченных средствах", но и обеспечит экологическую безопасность для будущих поколений во всей Европе, состоит в разработке и реализации программы выемки и безопасного захоронения всего радиоактивного содержимого "саркофага". Причем эти работы должны быть начаты уже сейчас и первым этапом их должно стать тщательное и всестороннее изучение проблемы силами мирового научного сообщества.
Строительство же, "поверх" существующего, "Укрытия-2" можно рассматривать лишь как более-менее долгосрочную, но сугубо временную меру. Причем, если такое решение все же будет принято, то его конструкция должна безусловно предусматриватьтехнологическую возможность последующего безопасного демонтажа объекта до уровня "зеленой лужайки". Думаю, не нужно еще раз акцентировать внимание на том, что подобный сценарий однозначно исключает возведение других ядерных объектов в Чернобыльской зоне. Более того, такая попытка только затормозит или сделает вовсе невозможным окончательное решение экологических проблем, связанных с Чернобыльской трагедией.
Еще раз хочу подчеркнуть, что первым практическим шагом на пути грамотного и безопасного решения проблемы саркофага должно стать создание на базе Чернобыльской АЭС, объекта "Укрытие", научно-исследовательских и научно-технических организаций, занятых "чернобыльским вопросом" в Украине и за ее пределами Международного научно-технологического центра по изучению и преодолению последствий ядерных и радиоционных катастроф. Такой Центр должен в перспективе стать не только организацией, аккумулирующей печальный опыт, для того, чтобы избежать повторения подобных трагедий, но и ведущей структурой по совместному технологическому обеспечению безопасного демонтажа "саркофага" и решению проблем захоронения "сопутствовующих" радиоактивных отходов.
Спасибо за внимание.
